Интернет-приемная

Анонс событий:

Народный календарь

Аввакум. Рождественский пост 15 декабря

Именинники: Андрей, Иван, Степан.

Верили в примету: "Если в середине декабря много снега, будет богатый урожай трав летом".

Отгоняли крикс-ночниц с оконниц заговорным словом: "Из дремучих дрем, от спящих лесов, идет Мати Тресвятая Богородица. Навстречу ей криксы-ночницы. Спрашивает Свята Матеры "Куда вы пошли, криксы-ночницы? Отвечают оне: "Мы пошли к дитю свет Варваре!" Говорит таки слова Мати Пресвятая Богородица: "А подите-ко вы мимо дрем дремучих, во вольную сторону, ко пням-мхам, где ести-пити приготовлено вам!"

Юбилей мастера: к 75- летию Дмитрия Журавлева

 

29 октября 2008

27 октября народный художник России Дмитрий Журавлёв отметил 75-летний юбилей.

  Родился живописец в 1933 году в Ленинграде. С городом на Неве у живописца связано многое. Он пережил блокаду, закончил Академию художеств, вступил в Союз художников, но свою дальнейшую жизнь посвятил Великому Новгороду. Его называют отцом Союза - Журавлёв стоял у истоков Новгородской организации Союза художников РСФСР, в течение 12 лет, с момента ее создания в 1968 году был ее бессменным председателем. Уже более 20 лет художник является секретарем правления Союза художников России, председателем зонального выставочного комитета художественной выставки "Российский Север" и сейчас полон творческих сил и идей.


- Дмитрий Власович,   в первую очередь, хотелось бы поздравить Вас с юбилеем и пожелать здоровья и сил на реализацию творческих планов. Расскажите, чем порадуете поклонников своего таланта, с каким настроением перелистываете ещё одну страницу творческой жизни?

- Сейчас я весь погружен в подготовку персональной выставки "Живопись и время", которая пройдёт в феврале в Москве. Там я постараюсь представить все периоды моего творчества. В Новгороде выставка перенесена на более поздний срок. Это будет своего рода ретроспективный показ моих работ из запасников Новгородского музея, которые лежат там уже лет пятьдесят.

Знаете, слова "пенсия" для меня не существует. Поэтому не понимаю творческих людей, которые оставляют работу ввиду наступления этого самого пенсионного возраста. Я, как и раньше, встаю в 6 утра, обливаюсь холодной водой, не перестаю любоваться окружающей меня красотой и остаюсь верен заповеди: писать каждый день.


- Дмитрий Власович, что стало толчком к тому, чтобы Вы взяли в руки кисть и встали у холста?
- Это связано с детством. Я родился и жил в Ленинграде. Шестилетним мальчишкой попал в автомобильную катастрофу, год пролежал на больничной койке и вот как раз там и начал рисовать. А что ещё было делать? И старшие мои собратья по несчастью постоянно рисовали. Меня настолько поражало их умение изображать на листке бумаги настоящие корабли, самолёты, хотя их мало тогда кто видел вживую. Процесс рождения чего-то нового из обычных штрихов карандаша буквально завораживал, и я "заболел" этим делом. Потом началась война. И я уже рисовал взрывы, танки.
Во время блокады Ленинграда стал копировать книжки. Хотя у нас дома не было книг: я рос в обыкновенной крестьянской семье, переехавшей во время коллективизации в северную столицу. Так вот, моя мама разбирала разрушенные бомбёжками дома и приносила вытащенные из-под завалов книги с яркими картинками. Именно в те годы я впервые столкнулся с иллюстрациями Васнецова, скульптурами древнегреческих богов из учебников по истории. Это было удивительно. К восьми годам жизни срисовывание стало моей основополагающей деятельностью.
В школу я пошёл 1 сентября 1942 года. Сегодня мало кто знает, но в блокаду работали многие школы Ленинграда. Было очень холодно, постоянные бомбежки, обстрелы. Но занятия не прекращались. Мы все умели читать, считать, а я сразу же стал рисовать: очень хорошо у меня получались танки. Как-то раз знакомый мальчишка отвез альбом с моими художествами в Дом пионеров на Финляндском вокзале и показал преподавателю студии Елизавете Васильевне, которая сразу же пригласила меня заниматься. И там я уже занимался достаточно профессионально, если так можно выразиться: нам ставили натюрморты, как в художественной школе, мы ходили рисовать пейзажи с натуры. В 1947 году меня и ещё двух мальчишек Елизавета Васильевна привела в художественную школу при Академии художеств. Важно, что школа находилась в здании Академии - такое соседство, на мой взгляд, во многом способствовало обучению, пониманию искусства. Отучился я там шесть лет, был абсолютно круглым отличником и поэтому меня без экзаменов приняли в Академию.

- Как же вы, петербуржец, выпускник Академии художеств, осели в итоге в городе на Волхове?
- Да, меня многие тогда не поняли. В чём-то эта история может показаться не очень убедительной. Но так получилось, что мою супругу пригласили на работу в театр (она была театральным художником какое-то время) в Новгород, и я совершенно спокойно приехал сюда в 1959 году порисовать: я давно мечтал узнать, что это за явление такое - Древняя Русь, что от неё осталось. И вплоть до семидесятых я постоянно выставлялся в Ленинграде с новгородской тематикой. Конечно, в первую очередь, я писал архитектуру. Много и с удовольствием. Ещё в детстве, живя в Ленинграде, из окон нашей квартиры был виден собор, что стоит на Лиговке. Он постоянно был у меня перед глазами, и мне непременно хотелось его нарисовать, но в то время я ещё не знал, как это правильно сделать. А новгородская архитектура поражает воображение сразу и навсегда, мимо этого нельзя пройти. Во многом этой всеобъемлющей любви к теме Новгородики поспособствовал мэтр живописи середины прошлого века Пётр Кончаловский, который много работ посвятил историческим местам города на Волхове. Я влюбился в работы этого художника, который провел 1925-1926 годы в Новгороде, в частности, в Юрьеве, написал много архитектуры. В конце пятидесятых в Ленинграде прошла его большая выставка, после которой мне вдруг самому захотелось всё это увидеть и написать. Я болел Кончаловским около десяти лет. Я как сумасшедший писал те же места, что и он, писал во всю мощь, стараясь использовать весь опыт живописца, накопленный мной. Что-то получилось, что-то не очень. Но это уже, как говорится, архивы.

- У вас есть любимые места, которые вы чаще всего пишете?
- Конечно, хотя, это, наверное, плохо. Я писал практически каждый памятник в Новгороде. Сначала под внешним впечатлением. А потом, после неоднократных повторений и обобщений увиденного, уже начинаешь писать его как картину, создавая свой образ. Это надо пережить неоднократно. По крайней мере, у меня так получается.
За время, что я живу в Новгороде, я объехал, по-моему, почти всю Новгородчину и русский Север. Вокруг такое пространство, что диву даёшься! Когда я колесил по районам области, сделал тысячи рисунков, к которым обращаюсь до сих пор. Одно время без конца рисовал в Демянском, Валдайском, Крестецком районах.
- Говорят, что творческие люди, художники в частности, очень ревностный народ.
- Может, это прозвучит слишком декларативно, но мы, художники, очень нужны друг другу. Без уважения к труду коллеги жить невозможно. В Ваших словах есть немножко от легенды, что художники завидуют друг другу. Впрочем, не могу не согласиться, что некий дух соревнования у нас всё же присутствует, но это нормально. Тщеславие - двигатель творчества. Естественно, когда человек работает, то жаждет признания. Сейчас в новгородском Союзе числится около ста человек, но постоянно работающих из них едва ли наберется половина. Мы все очень разные: от классического реализма, который я использую, до абстрактного искусства. Но мы все понимаем друг друга, знаем, что у каждого из нас свой удел, своё видение мира. Если ты человек талантливый, независимо от стиля это всегда будет интересно, и в нашем Союзе взаимоуважение воспитывается. Хотя, конечно, ерунды, как и везде, у нас хватает. Но в целом, что касается творчества, мы очень уважаем друг друга.

- Вы говорите о нехватке свежей крови в стане живописцев, тогда как многие специалисты завидуют Новгороду. Такого количества творческих молодых кадров, как у нас сегодня, мало где в соседних областях можно наблюдать.

- Несчастье современной России в том, что если мы, выпускники институтов и художественных академий, разъезжались по всем городам страны, то сейчас из столиц, как вы понимаете, никто в провинцию не едет. Возможно, нам повезло. На базе Новгородского университета вот уже около десяти лет работает художественно-графическая кафедра. После получения диплома многие остаются именно в живописи, вступают в Союз. Но это в основном девчонки: мужское начало в последние годы исчезает из живописи. Хотя ребята пишут с натуры, но у них ничего подчас не получается. Может, причина тому - банальная нехватка времени на творчество, когда все заняты поиском денег. А вот девчонки как-то приспособились. Хотя слабый пол всегда был талантливее мужиков, это аксиома. Они мгновенно обучаются всему: и хорошему, и плохому.

 

По материалам газеты "Новгородские ведомости"

скрыть »«
Вкл.
Выкл.
Обычная
версия сайта